дома » Статьи » Шурка Кузнец

Шурка Кузнец

Мальчишка-подмастерье из кузницы леспромхоза вырос в талантливого руководителя и организатора.

На Алтай – из оружейной столицы

Похожий на лесную сторожку домик примостился на скале у подножия вековых елей. Подгорная улица на тихой окраине Турочака. Александр Федорович Кузнецов – так зовут пожилого хозяина теремка. Соседи обращаются к одинокому вдовцу запросто, по-родственному: дядя Саша. Не только в райцентре у него авторитет. Александра Федоровича уважают по всей округе — от Озеро-Куреево до границ с Хакасией, от Абаканского хребта до легендарного Алтын-Келя.

Дядя Саша и сам родом с Бии. В Дмитриевке в далеком 1930 году появился он на свет. Отец и мать были людьми пришлыми. Глава семьи Федор Кузнецов гордился военным прошлым, когда служил армейским фельдшером в Тульском красногвардейском полку. Революционные туляки преследовали отступавшие колчаковские войска. Так фельдшер из столицы русского оружия оказался в Сибири, где женился на медсестре Фросе и завел большую семью. Десять дочек и сыновей! Революционный пафос в те годы был горяч настолько, что своих первенцев фельдшер назвал в честь вождей: Роза и Феликс.

Саня – для домашних просто Шурка – был третьим ребенком. Сколько помнит себя, родители много и усердно трудились. Отец часто бывал в разъездах по окрестностям, выхаживая и старого и малого в таежных деревушках и заимках. В лесной глухомани медицинской помощи отродясь не видывали. К спасителю фельдшеру обращались уважительно: Доктор! Федор Петрович так крепко убедился в своей нужности в сибирской глуши, что о возвращении в родную Тулу даже не помышлял.

Из-за частых отлучек старшего Кузнецова заботы о большой семье ложились на плечи Ефросиньи Порфирьевны. Она успевала и деток кормить и обстирывать, и в амбулатории порядок поддерживать. А еще скотина и огород… Малыши представить не могли, что их мама, скромная, худенькая, с потемневшими от работы руками, каждый день совершает свой материнский подвиг!

Перед самой войной семья перебралась в заречный поселок Дайбово, где новая жизнь была более налажена, чем в колхозной Дмитриевке. На левом берегу реки располагался крупный леспромхоз. Действовала начальная школа, были рабочая столовая с пекарней, клуб с читальней. Подросшим старшим детям Кузнецовых нашлась работа в леспромхозе. Роза устроилась помощницей счетовода в контору, а Феликса определили в киномеханики.

Саню же потянуло в леспромхозовскую кузницу — кузню, как называли на деревенский манер прокопченную постройку, где темнолицые от копоти мастеровые укрощали раскаленный металл. Лязг из кузни разносился по всей округе. Не по годам рано Саня понял: его жизнь будет связана с машинами.

В неполные тринадцать

Фельдшерский сынок удивил пожилого кузнеца Савелия Ивановича Колокольникова. Он охотно, безо всякой корысти, вызывался помочь дяде Савелию. День ото дня набирался мастерства и сноровки. Руки у юного молотобойца были крепкие, к труду привычные, а вот ростом Саня отставал. И тогда дядя Савелий смекнул: у наковальни вкопал здоровенный чурбак в два обхвата. С этого постамента удобнее стало размахивать увесистым молотом.

— Шурка, кузнечик дорогой! – одобрительно повторял отец, поддерживая увлеченность сына.

Фельдшер словно предчувствовал грядущие трагические события в мире и будущие тяжкие испытания, которые выпадут на всех. Что и говорить, вовремя Саня себя выковал и закалил.

Медиков-родителей мобилизовали в Красную армию сразу как только началась война. Можно представить, как страдала мать, оставляя малышей на старших детей и соседскую бабушку! Через полгода командование, видимо, не устояв перед мольбами многодетной медсестры, отпустило истосковавшуюся мать домой.

В тяжких военных буднях дети взрослели быстро. Школьные дела как-то сами собой отодвинулись на задний план. Работы в кузнях было нескончаемо много. Машины, какие имелись в леспромхозе до войны, были мобилизованы в армию. В лесосеках и нижних складах выручала тягловая сила в виде низкорослых монгольских лошадок, своенравных, но выносливых. Для буланок и гнедух требовались масса подков, уздечек и сбруи, полозья для розвальней и ободы для ходов… Одна надежда на кузнецов! Настал день, когда директор леспромхоза Геннадий Иванович Орешкин обратился к Сане Кузнецову как к взрослому: «Выручай, сынок!»

Так в неполные тринадцать лет он был официально принят кузнецом в Дайбовский ЛПХ. А помощником к юному мастеру назначили ровесника Пашку Бурилова.

В годы войны в Прителецкой тайге трудилась масса людей, выполнявших задание Комитета обороны. Труд был по-рабски изнурительным, без средств механизации, вспоминает Александр Федорович. В лесосеках и на нижних складах трудилась колхозная молодежь из степных районов. Это называлось у них «поехать на кубы». Работали здесь сосланные на Алтай советские немцы из трудовой армии и командированные из Бийского спецлагеря польские граждане. К слову, в их числе был 18-летний Войцех Ярузельский. Много лет спустя министр обороны и президент Польши, вспоминая о пребывании в Турочаке, тепло отзовется о благородстве сибиряков, позволивших ему остаться в живых и понять загадки русской души.

Особенная радость

Военные голодные годы миновали. Семья пережила все невзгоды и разлуку с отцом. Военврач Федор Кузнецов предстал однажды на пороге и не узнал выросших деток. Они не только повзрослели. У Саши, например, появилось небывалое прежде чувство окрыленности, какое возникает у всякого в восемнадцать лет. После учебы в Абакане на курсах трактористов Саша уговорил ровесника Витьку Клебукова, и приятели рванули домой напрямик через горы и тайгу. Берегом Абакана поднялись до теплых ключей на берегу Бедуя, повернули в сторону Бийки… Увидели родные места, и ноги словно сами понесли.

Через неделю в верховья Тюлема Саша пригнал доверенный ему трактор – газогенераторный ЧТЗ. На новых не освоенных еще делянах леспромхоза встретили гусеничную машину с ликованием. А молодой тракторист впервые испытал особенную радость: трактор освободил людей от тяжкого ручного труда на лесопилке.

Потом жизнь не раз предоставит ему поводы пережить подобное. Когда молодому коммунисту поручат руководить тракторной бригадой в МТС. Когда, отучившись в Бийском техникуме механизации сельского хозяйства, Александр Кузнецов окажется в должности главного инженера совхоза «Турочакский». Хрущевская «оттепель», как принято называть десятилетие правления Генсека Никиты Сергеевича, Кузнецов считает лучшим временем в советской истории. И были тому основания. Деревня с колен поднялась, с волнением вспоминает Александр Федорович. Сельчанам выдали паспорта, дали возможность выбора. В деревню пришли электрификация и механизация. Появился интерес к труду, когда представилась возможность получать реальные деньги, а не отметки за трудодни.

Обратимся к свидетельствам времени. Областная газета «Звезда Алтая» вышла с публикацией под заголовком «Главная забота инженера Кузнецова». Еще в армии в должности заместителя командира по технической части, писала газета, сержант Кузнецов понял: техника еще не все, главное – кто на ней работает. Главный инженер совхоза настоял, чтобы организовать в Турочаке подготовку трактористов из числа местной молодежи, в том числе девушек. Директор совхоза Б.А. Моисеенко поддержал это предложение. Курсы вел сам инженер Кузнецов. Дипломы получили восемнадцать человек!

Сохранился снимок тех лет: группа трактористов с Красным знаменем и Александр Федорович среди смущенных от внимания людей в спецовках. Статный, плечистый, с пышной шевелюрой, он даже внешне походил на главного героя любимого им художественного фильма «Коммунист». Интересно, что актер Евгений Урбанский, воплотивший героический образ в кино, ровесник Александра Федоровича.

Не хлебом единым

«Людям хлеб нужен!» — повторял экранный герой Василий Губанов. Александр Федорович рассуждал шире: не только хлеб, но и достойное жилище и семья, куда рабочий человек мог бы с радостью спешить после работы. А наутро, отдохнув, с не меньшей радостью начинать новый день. Это и есть счастье.

К слову, личная жизнь инженера-руководителя тоже сложилась – и удачно. И дом свой имелся, и семья. Жена Людмила подарила ему трех дочек. Крепкий тыл вдохновлял. Свою работу в должности начальника районного отделения «Сельхозхимии» ему пришлось начать… на пустыре. Точнее, на гигантской просеке на берегу Лебедя. Новому коллективу предстояло создать производственную базу, включавшую теплую автостоянку, мастерскую, склады и административное здание. Чтобы вдохновить коллектив на большие дела, директор Кузнецов распорядился выделить всем желающим строевой лес и пиломатериал, коротко наказав при этом: стройтесь, мужики! И все задуманное сбылось! По истечении времени на Лесхозовской улице возник целый микрорайон «химиков». Неподалеку поднялись корпуса предприятия. Территория была засыпана отборным щебнем, по-армейски аккуратно обнесена забором и благоустроена. Новостройки выглядели образцово, и не случайно новое предприятие было награждено за первое место Почетным дипломом за подписью руководителя областного ведомства Виталия Куимова.

Это было золотое время зрелости и полноты жизни, признается Кузнецов. Его окружали мир машин и увлеченных профессионалов. Но Турочакский райком КПСС направил Кузнецова на новый участок работы с наказом навести порядок. Александр Федорович подчинился.

Дисциплинированность, порядок, живое дело всегда были его главным руководством. Он не выносил заорганизованности и пустословия, которые отвлекали от живой работы. Пленумы, заседания, политучеба, обязательное изучение брежневских мемуаров, восхваление Генерального секретаря… Кузнецов сожалел о потраченном на говорильню времени, но подчинялся, много работал, исправлял ошибки своих предшественников. В районном отделении объединения «Сельхозтехника» при нем дела улучшились настолько, что разительные перемены отметил сам управляющий краевым объединением Иван Иванович Эртель.

Было и особое задание. В 80-х годах А.Ф. Кузнецову поручили руководство Турочакским коопзверопромхозом. Новое дело не испугало. Трудности не остановили. Он верен был своему принципу: люди на все способны, если им не мешать и проявить заботу. Так оно и вышло. Смею припомнить давнюю историю, рассказанную мне моим студенческим приятелем Алексеем Видяйкиным. Услышав о скорых заработках на заготовке папоротника орляка, Алексей отправился на Бию.

Спрос на талант

— Добрался в Турочак на самолете, — рассказывал Алексей. – Гостиница близ аэропорта оказалась заполнена заготовителями, прибывшими со всей Сибири. Это были не старые еще бичи, как принято было называть охотников за приключениями. На берегу Бии скитальцы вскоре соорудили шалаши и балаганы. Костры развели. Раздались переливы гармони, какой-то остряк затянул: «Орлята учатся летать!»

К вечеру приезжие опустошили местный сельмаг. Дошло до одеколона. И уже затемно большой толпой шабашники угодили в местный вытрезвитель. Наутро у крылечка РОВД выстроилась нестройная шеренга. Началась перекличка: «Побединский, Комиссаров, Кипарисов…»

Алексей с любопытством рассматривал обладателей необычных фамилий. Понемногу разговорился с новыми попутчиками. Оказалось, все они детдомовцы рождения военных лет. В приюты попадали неведомыми путями, и фамилии младенцам давались какие на ум придут. Случалось, называли даже в честь наркомов и народных артистов: Молотов, Литвинов, Собинов и даже Марецкий…

Вскоре в верховья Бии отправилась небольшая колонна. Впереди шла танкетка – так называли гусеничный транспортер армейского типа, следом двигалась парочка ГАЗ-66 с заготовителями и их рюкзаками. На месте заготовки орляка были уже расставлены просторные палатки, дымила полевая кухня, веяло ароматом походной каши с тушенкой. Распоряжался высокий широкоплечий мужчина. Конечно, это был Кузнецов.

Дело спорилось. Папоротник орляк из Прителецкой тайги шел на экспорт в Японию. Были налажены заготовки кедрового ореха, лесных ягод и грибов, лекарственных растений, таежного меда и других продуктов пасеки. Но особо важной для государства являлась алтайская пушнина. Она украшала международные валютные аукционы. Александр Федорович, понимая это, для большей уверенности окончил Красноярский пушно-меховой техникум. Председатель правления облпотребсоюза И.Е. Муканов ценил директора из Турочака. Сохранилось необычное ходатайство, в котором Иван Евгеньевич обращался к властям Турочакского района: «прошу не переводить Кузнецова, дать ему поработать на одном месте». Нет, не получилось. Кузнецовский талант руководителя понадобился снова.

Олицетворение добра

Так уж случилось, что итогом трудовой биографии Александра Кузнецова стало руководство кирпичным заводом совхоза «Турочакский». Завода еще не было в помине, когда власти района поручили ему оживить замороженный объект. В короткий срок новый директор сумел настроить рабочий коллектив на производительный труд. И через полгода завод выдал первый миллион кирпичей. Причем качество оказалось столь хорошим, что из степных районов заказы поступали!

Этот очередной успех Кузнецова совпал с трагическим временем в истории страны. Не только кирпичный завод был закрыт, остановились предприятия, которым бывший кузнец посвятил десятилетия напряженной работы. Более того – рухнуло все народное хозяйство Турочакского района, как и многое по всей стране. Горько признавать, что социалистическая экономика оказалась нежизнеспособной. Эту горечь разделили с Кузнецовым тысячи земляков, оказавшихся жестоко обманутыми в своих надеждах.

В один из августовских дней к домику Александра Федоровича подкатил запыленный автомобиль. Из него вышел моложавый мужчина. Это был известный в республике доктор-офтальмолог заслуженный врач России Юрий Васильевич Косарев. Их дружбе лет сорок. Началось с того, что пациент из Турочака оказался в числе тех, кого лечил Ю.В. Косарев в областной больнице. Они подружились, оказалось, навсегда. Оба любили и знали сибирскую тайгу, в которой родились и выросли. Их объединили и житейские заботы. Доктор Юрий Косарев поздравил старого друга с появлением на свет еще одного правнука. Растроганный и грустный одновременно, Александр Федорович поделился новостью, что покидает родной Турочак. Уже и соседи были в курсе, что дядю Сашу пригласила к себе семья младшей дочери Веры.

Несмотря на груз пережитого, ветеран сохранил свойственную высокому духу стать, врожденный аристократизм. Не зря друзья подметили в Александре Федоровиче и внешнее и внутреннее сходство с любимым с детства Дон Кихотом, олицетворением добра и бескорыстия.

Владимир ШАДРИН

Фото автора

 

Добавить комментарий

Учредители: Правительство Республики Алтай, Государственное Собрание - Эл Курултай Республики Алтай, АУ РА "Редакция газеты "Звезда Алтая"

Газета зарегистрирована Управлением Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Республике Алтай.

Свидетельство ПИ N ТУ 22-00602 от 1 июня 2016 г.

Телефоны:

Главный редактор: 8(38822) 2-21-67,
Заместитель гл. редактора 2-20-31,
Секретарь: 2-20-57,
Отдел писем: 2-58-57,
Реклама (факс): 2-41-55

Индекс цитирования Яндекс.Метрика
%d такие блоггеры, как: