дома » Статьи » Настоящие юристы — это цивилисты

Настоящие юристы — это цивилисты

В школьные годы она усиленно изучала математику и мечтала работать в космической промышленности: «В то время это было актуально, и мне самой — безумно интересно», — рассказывает судья в отставке, отработавшая более 20 лет в Верховном суде РА, Ольга НОВИКОВА.

DSCF0412

Но судьба сложилась так, что закончила дневное отделение юридического факультета Алтайского государственного университета. С головой окунувшись в работу по специальности, ни разу не пожалела о своем окончательном выборе.

С мечтой о небе — на юрфак!

О себе она говорить не любит, на беседу согласилась лишь потому, что того требует служба: в декабре Верховный суд Республики Алтай отмечает 90-летие, а лучший способ показать работу структуры — рассказать о людях, посвятивших ей жизнь.

— В детстве я не мечтала стать юристом, занималась в физико-математической школе при Горно-Алтайском педагогическом институте, а училась в школе №1 г. Горно-Алтайска, она тогда носила имя Чойбалсана, государственного и политического деятеля Монголии. Сейчас школа несколько утеряла свой былой авторитет, считаю, незаслуженно. Моя старшая дочь перешла в последних классах в лицей, а младшая осталась в родной школе №1. Образование она получила ничуть не хуже: из школы вышла с золотой медалью, в вуз поступила самостоятельно, окончила его с красным дипломом. Тех базовых знаний, что получила она в первой школе, оказалось вполне достаточно, чтобы достойно идти по жизни, продолжая образование и самосовершенствование. Сама я школьные годы, своих учителей, одноклассников вспоминаю всегда с большим теплом.

Мама у меня учитель математики, папа — рабочий, а я собиралась поступать в МГУ «с мечтой о небе», меня влекли высокие технологии, космическая промышленность. Но в итоге по совету отца, который в 17 лет в Великую Отечественную войну ушел на фронт, повидал там всякое и обладал обостренным чувством справедливости, поступила на юридический факультет Алтайского госуниверситета. Тогда, в 1973 году, он только открылся, кроме нашего факультета было еще всего два, экономический и исторический. Золотая медаль позволяла мне сдавать всего один экзамен: с пятеркой по истории я была зачислена в студентки. Профессия юриста являлась в те годы редкостью – на весь Алтайский край и Горно-Алтайскую автономную область юрфак АГУ был один и набор составлял 75 студентов, принимали в основном людей со стажем, нас со школьной скамьи было всего человек 10.

Выбор — верный

— Первым нашим деканом был Леонид Васильевич Тен (сейчас он ректор Алтайской академии экономики и права), все последующие годы — доктор наук, профессор Вениамин Константинович Гавло. Когда он приезжает в Горно-Алтайский государственный университет читать лекции, всегда собирает нас, своих первых выпускников. Из наших земляков со мной вместе учились Сергей Леонидович Кравцов (сейчас — начальник Государственной инспекции труда в РА), Вячеслав Евгеньевич Пиунов (помощник главы республики), другие уважаемые люди. Преподаватели нас не забывают. Почти ежегодно приезжает в Горный Алтай Вера Васильевна Тихонова, известный в науке и очень уважаемый специалист по теории права, которая теперь работает в Томском госуниверситете (в АГУ они работали вместе с мужем, Евгений Васильевич заведовал кафедрой криминалистики). Каждый раз мы собираемся вместе, разговариваем, пьем чай, с любовью вспоминаем студенческие годы.

Дипломную работу я писала у Исаака Лазаревича Друкарова. Он раньше много лет работал прокурором Горно-Алтайска, его очень уважали в городе. Неподкупный, кристально честный человек, высокообразованный, он и сейчас, в 84 года, преподает в Алтайском госуниверситете. Я защищалась по криминологии, моя дипломная работа была посвящена причинам преступности среди несовершеннолетних, писала ее с третьего курса и до сих пор храню копию.

Работать с Исааком Лазаревичем мне не довелось, а вот те, кому посчастливилось, всегда высказываются о нем в превосходной степени. Он был одним из лучших прокуроров города, рассказывают, что идти с ним на процесс было одно удовольствие.

Вообще в университете преподаватели нас всех опекали, очень заботливо относились, возможно, потому, что мы были первыми. Выпуск наш очень сильный, все состоялись в профессии, работали и работают в судах, прокуратуре, милиции, адвокатуре. Из тех, что учились в нашей группе и занялись наукой, двое — доктора юридических наук, один – кандидат юридических наук. Однокурсник Сергей Валентинович Землюков — профессор кафедры уголовного права и криминологии, доктор юридических наук, ныне ректор АлтГУ. Со многим ребятами мы поддерживаем настоящие дружеские отношения, помогаем друг другу по жизни. В этом году ездили на праздник — нашему университету и факультету исполнилось сорок лет!

В университете я все годы была председателем учебно-воспитательной комиссии факультета — имелся тогда такой орган в вузах. За интересной учебой, общественной деятельностью и занятиями спортом забыла о своей любимой математике. Никогда не жалела о том, что пошла в юриспруденцию!

Еще в Горно-Алтайске начала заниматься беговыми лыжами. Нас тренировал Николай Михайлович Сафронов. Он не просто замечательный тренер, но и прекрасный человек! На лыжах сейчас не бегаю уже, но хожу. Когда купила новые, пришла к Николаю Михайловичу, чтобы помог их подготовить. Сколько нас было у него за жизнь – а он всех помнит, привечает. В Барнауле выступала за университетскую команду. Помню такой случай. В АГУ тогда не было велосипедистов, и нас, лыжников, послали на краевую велогонку. Нет задач невыполнимых – выступили вполне достойно.

В работу — с головой

По окончании университета молодого специалиста Новикову направили в Новокузнецк следователем милиции, но проработала она там меньше года. Муж должен был ехать по распределению в прокуратуру Горно-Алтайской автономной области, в Кузбассе без распределения на работу в прокуратуру не брали. Супруги написали письмо в Министерство просвещения РСФСР, пришел ответ: надо ехать в область. Однако здесь не нашлось места по специальности для Ольги Михайловны. Работала юрисконсультом, потом в прокуратуре. В 1987 году пригласили на работу в Горно-Алтайский городской суд.

— Долго не соглашалась, понимая, что это суперответственная и сложная работа из всех по юридической специальности, боялась – а справлюсь ли? — вспоминает Ольга Михайловна. – Пришла и сразу окунулась с головой. Неимоверная нагрузка в судах была всегда. И сегодня судьи работают сутки напролет без выходных, и тогда было то же самое. В суде было всего трое судей, а фактически в первый год моей работы нас было двое – я и председатель суда Н.В. Анциферова. Мне повезло с коллегами. Надежда Васильевна – настоящий судья с большой буквы, всю жизнь отдавшая этой работе, человек исключительной порядочности, честности, принципиальности и работоспособности. Для нее никогда не существовало дел мелких и неважных, а в коллективе была железная дисциплина. Помню, пришла секретарь судебного заседания ярковато накрашенная, так пока она не умылась, Надежда Васильевна не пустила ее на процесс.

Но работа заключалась не только в рассмотрении дел. Судья Новикова, к примеру, отвечала еще за деятельность судебных исполнителей.

Тогда на всех предприятиях были товарищеские суды, судьи руководили и их работой: учили, проверяли законность их работы. Практиковались и выездные судебные заседания (чтобы их провести, нужно было подготовить зал, совещательную комнату, собрать людей…) В приговор суда законом закладывались не только карательные, но и воспитательные функции.

— Никогда не забуду, как рассматривали уголовное дело в зооветеринарном техникуме, где подрались мальчишки. Часть 2 статьи 108 УК РСФСР — причинение тяжких телесных повреждений, повлекшее смерть потерпевшего. Собрали полный зал учащихся, чтобы они посмотрели, как рассматривается дело, как уводят осужденного, прочувствовали, как бывает, когда преступают закон. Я не агитирую за то, чтобы сейчас возвращались к такой системе, но в ней был большой смысл. Вообще при социализме было много разумного. Товарищеские суды организовывались на предприятиях потому, что руководители были заинтересованы в моральном облике своих сотрудников. Сегодня, к примеру, молодую маму, ведущую неадекватный образ жизни, сразу лишают родительских прав. А тогда ее могли «разобрать» на суде в коллективе, отругать, вынести общественное порицание, или, наоборот, помочь. И нередко люди исправлялись. Сама я тоже одно время была председателем товарищеского суда, когда работала юрисконсультом на предприятии. Суд у нас был организован по всем правилам, мы тесно взаимодействовали с участковым инспектором милиции. Хотя, наверное, везде был такой подход. Существовала такая действенная мера порицания, как опубликование в производственной стенгазете. Бывало, взрослые мужчины — прогульщики, выпивохи, дебоширы — приходили и просили: «Только на стенку не вешай!»

Еще мы читали лекции по линии общества «Знание». Разрабатывали их сами, я готовила материалы о юридической ответственности несовершеннолетних, материальной ответственности рабочих и служащих, о правах женщин…

Организовывались приемы граждан — в один из рабочих дней до восьми вечера и в субботу, чтобы люди могли обратиться в суд в свободное от работы время. Как-то зимой дежурю, мороз на улице под сорок, собираюсь уже домой, и вдруг в 7.50 вечера забегает женщина с криком: «Успела!»

А еще мы сами готовили статьи в газеты, эта обязанность многим давалась трудно: при написании приговоров и решений вырабатывается определенный стиль, и потом художественно изложить тему уже очень сложно.

Именно работая в городском суде, я поняла: настоящие юристы – это, безусловно, цивилисты.

Дни и ночи напролет

А что же дом и дети? В семьях, где родители посвящают жизнь такой ответственной работе, они растут практически самостоятельно, но вырастают тоже очень ответственными.

— Маме (Наталье Петровне Белокопытовой, много лет преподававшей математику в областной национальной школе и в школе №13. — Прим. ред.) пришлось уйти на пенсию, чтобы нянчиться с младшей дочкой. А так воспитывали больше по телефону (хорошо, что у нас дома он был), да и жили рядом с работой. Хотя на работу пришел — и все, из зала судебного заседания не выйдешь. Даже если, не дай бог, ребенок заболел, не уйдешь на бюллетень, рассмотрение дел ведь уже назначено, люди приезжают. В школах тогда была продленка, и это помогало таким родителям, как мы. Зато наши дети с малолетства знают слово «надо». Неловко признаваться, но за время учебы дочери в музыкальной школе я ни разу не была на концерте, хотя, несомненно, должна была найти время. Работа в суде вообще не предполагает наличие семьи, ведь ушел с любой другой работы домой, и отдыхай. А судья двадцать четыре часа в сутки – судья, мысли о делах не покидают в любом месте.

Когда только пришла работать, заместителем председателя областного суда по гражданским делам был Николай Николаевич Скрипаль, он в наши края попал сразу после окончания Харьковского университета и всю жизнь проработал в судах Горно-Алтайской автономной области. Образованный человек, исключительно порядочный, высококвалифицированный специалист, очень рассудительный, не признающий никаких авторитетов, кроме власти закона. Абсолютный бессребреник, он до последнего жил в своей старенькой «хрущевке». В большей части того, чего достигла в профессиональном плане, заслуга Николая Николаевича. Я очень благодарна ему, как и всем своим наставникам.

Что в работе судьи самое трудное? Безусловно, необходимость каждый день – и не раз – принимать решение. Ведь оно должно быть единственно правильным, соответствующим закону. Еще – отношение людей. Даже если муж с женой разводятся, часто «виноват» судья, на него выплескивается весь негатив, вплоть до оскорблений. Людям вообще свойственно винить в случившемся с ними кого угодно, только не себя. Например, при купле-продаже дома нередко встречаются случаи оформления сделки просто по расписке, а потом в судебном споре люди не могут и не хотят понять, как это суд не признал за ними право собственности на недвижимость. А дела о взыскании задолженности по кредитам? Если бы вы знали, сколько встречается дел, когда люди выступают поручителями знакомых или даже родственников, а те не выполняют обязательств. У наших граждан подчас такое легкомысленное отношение к подобным вопросам, когда просят, они часто не могут отказать, боятся испортить отношения, а о том, что несут при этом солидарную ответственность с заемщиком, вспоминают лишь при вызове в суд. Были случаи, когда такие горемыки кричали прямо на заседании судебной коллегии, что суды с банками заодно… А вот спросить бы их и особенно их представителей – а на каком правовом основании суд отказал бы в иске к ним? Общество, в котором не воспитано должное отношение к судебным решениям, далеко от правового.

По закону и по совести

— Можно вспомнить много дел, в которых бывает жалко обвиняемых. Но закон есть закон. И потом: а как же потерпевшие, те, кого избили, изнасиловали? Сейчас принято говорить о правах осужденных, а я твердо убеждена: права потерпевших сейчас нужно защищать больше, чем права преступников.

Большой пласт сложных дел — земельные споры начала двухтысячных. В нашей республике, в отличие от других регионов и в нарушение федерального закона, людям не были выданы документы о праве собственности на земли сельскохозяйственного назначения. Понятно, что тогдашнее руководство региона исходило из благих побуждений, считая, что эти земли вообще не нужно отдавать в частную собственность. А когда пошли многочисленные судебные споры, подобной судебной практики не было в России. Коллеги удивлялись: у людей же есть документы, в чем вопрос?! А у нас вместо свидетельства о праве собственности — выписки из решений общих собраний, заверенные в администрации района. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Алтай приняла решение, что в спорных случаях право собственности будем устанавливать на основании этих выписок. Если бы заняли другую позицию, это могло бы породить социальный взрыв. Выдержали этот огромный вал дел, очень значимых для населения республики. Очень сложные дела – об определении местонахождения земельных участков земель сельскохозяйственного назначения. Я считаю, суды республики справились с их рассмотрением успешно.

Крупная категория дел «из девяностых» — о взыскании детских пособий. Сейчас их нет по причине того, что за сто рублей никто судиться не пойдет, а тогда ведь это были ощутимые деньги. В крае их взыскивали с работодателей, в Новосибирской, Томской областях — с муниципальных властей. Мы приняли решение взыскивать их с Министерства финансов республики. Тем временем я, как председатель коллегии по гражданским делам, направила запрос в Верховный суд РФ. В ответе говорилось: взыскивать нужно с финансового органа субъекта, ответ был опубликован в Вестнике Верховного суда Российской Федерации. В других регионах пришлось пересматривать множество дел (а есть ведь такое понятие, как качество решений), мы же сработали правильно.

На мой взгляд, правосудие в республике в целом — на очень высоком уровне, мы не уступаем в этом отношении ни соседним регионам, ни Москве. Отрадно, что сейчас в суды республики пришло много молодых высококвалифицированных юристов.

Им не хочется покоя

Сегодня Ольга Михайловна — на заслуженном отдыхе. Однако понятие «пенсионер», как, впрочем, и «отдых», — не про нее. Она является председателем регионального отделения Общероссийской общественной организации «Ассоциация юристов России» в Республике Алтай, членом Общественной палаты РА, на второй срок коллеги выбрали ее председателем Совета ветеранов судебной системы республики.

— В Совете ветеранов я и не думала работать, но не пришла на собрание, меня и выбрали. А стала работать – интересно, теперь уже сложился коллектив, — делится Ольга Михайловна. — Проблема наших ветеранов в том, что десятилетиями они с утра до ночи были заняты работой, всем нужны. У них не хватало времени и сил на отдых, семью, друзей. А потом вдруг раз — заслуженный отдых. Ты никому не интересен, тебе никто не звонит, и ты не знаешь, как с этим справиться. В Японии, говорят, к выходу на пенсию человека специально психологически готовят несколько лет.

Когда выходила в отставку, шутила: «Соберу команду судей в отставке, будем побеждать вас на соревнованиях». Так и получилось (не в смысле побед, конечно). Мы создали спортивную команду «Запаска» и выступаем на ведомственных спартакиадах, куда приезжают районные, Верховный, Арбитражный суды. Для ветеранов это не столько спорт, сколько общение, та самая психологическая реабилитация. Жаль, тренироваться нам особо негде. Но мы не унываем, ищем выход и ко всему относимся с юмором. В этом году выступали даже в конкурсе художественной самодеятельности. Для меня эта работа очень ценна: люди не сидят дома, не думают в сотый раз, что о них забыли, а общаются, чувствуют свою необходимость.

Мне повезло в жизни очередной раз – сейчас я вхожу в состав Общественной палаты РА, познакомилась с самыми разными людьми и поняла: жизнь есть и вне стен суда, и очень интересная, и людей замечательных кругом много, нужно только уметь радоваться каждой мелочи и в каждом событии находить что-то положительное.

Подготовила Полина Александрова.

Добавить комментарий

Комментарии

Учредители: Правительство Республики Алтай, Государственное Собрание - Эл Курултай Республики Алтай, АУ РА "Редакция газеты "Звезда Алтая"

Газета зарегистрирована Управлением Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Республике Алтай.

Свидетельство ПИ N ТУ 22-00602 от 1 июня 2016 г.

Телефоны:

Главный редактор: 8(38822) 2-21-67,
Заместитель гл. редактора 2-20-31,
Секретарь: 2-20-57,
Отдел писем: 2-58-57,
Реклама (факс): 2-41-55

Индекс цитирования Яндекс.Метрика
%d такие блоггеры, как: